amatar83 
Проблема «профессиональных (серийных) вкладчиков», которые сознательно размещают деньги не в самых надежных банках для получения гарантированного государством страхового возмещения, стала одной из наиболее обсуждаемых на банковском рынке в последние месяцы. Новые данные свидетельствуют, что такое поведение не способно полностью оградить вкладчиков от финансовых потерь.
Понятие «серийный вкладчик»
Недавно было проведено исследование реестров кредитных организаций, страховые возмещения вкладчикам которых выплачивались через Сбербанк. Выяснилось, что небольшой процент всех вкладчиков в России активно размещает депозиты под максимальные ставки в рискованные банки, надеясь на гарантии АСВ. На этих клиентов приходится до 25% компенсационных выплат Агентства. Фактически им могли выдать до 100 миллиардов рублей компенсаций со дня создания АСВ. Только наша выборка из 29 банков содержит вкладчиков, «отметившихся» в 10-12 финорганизациях и получивших по 7 миллионов рублей компенсаций только за 2 года.
Само Агентство чуть позднее провело такие же расчеты и выявило, что процент «серийных вкладчиков» в пуле вкладчиков ликвидированных банков составляет 10% - и на них приходится четверть всего объема компенсаций. Причем совокупное число подобных вкладчиков оценено в 121000 человек: это меньше 0,5% от всего количества депозиторов.
Результаты непроведенной банковской реформы
Все эти негативные явления происходят на фоне исчерпания бюджета АСВ. Главная ошибка была допущена уже при создании Агентства. Запуск страхования депозитов нужно сочетать с санацией банковского сектора, которая бы снизила риск банкротства финучреждений. К сожалению, эту идею до конца не реализовали в 2004-ом, когда АСВ создавалось, в итоге установленный уровень банковских взносов оказался существенно ниже, чем предполагаемые выплаты Агентства.
Если бы Центробанк не санировал банки, а отбирал у них лицензии, бюджет АСВ к настоящему времени закончился бы уже почти 3 раза. То есть компенсации вкладчикам почти втрое превысили бы доходы Агентства за все время его работы вместе с денежным взносом правительства.
Решение проблемы состоит, конечно, в первую очередь в завершении зачистки банковского сектора от кредитных организаций, используемых акционерами для кредитования собственных проектов и вывода средств. Второй по важности мерой является установление дифференцированных процентных ставок взносов в АСВ (система начала действовать с 1.07.15 г.) на уровне, который близок к реальной вероятности падения банков. К сожалению, руководство АСВ пока установило взносы для наиболее рискованных финучреждений на низком уровне (ежегодно 1%), гораздо ниже их риска банкротства (2-6% в год, исходя из категории банка) и ниже разрешенного законом уровня (2,4% ежегодно при неизменной базовой ставке).
Банковская реформа, впрочем, - это довольно долгое дело, она может занять 2-3 года. Весь этот период дефицит АСВ будет только увеличиваться, поскольку аннулирование лицензий проблемных финучреждений – это крупные разовые затраты Агентства. Нельзя создавать предпосылки для увеличения в это время расходов АСВ.
Увеличение стоимости банковской реформы
В данном контексте и появилось предложение ввести ограничения на выплаты таким «профессиональным вкладчикам» в размере 3000000 рублей на протяжении каждых 5 лет, но не больше 1400000 рублей в одной финорганизации. Причем ограничения допускается вводить только по депозитам в банках, которые больше чем на 3 пункта превышают базовую ставку регулятора (например, величина базовой ставки по рублевым вкладам сроком от полгода до года в июне 2015-го – 14,7%. Иначе говоря, вклады в банках со ставкой более 17,7% станут страховаться с ограничениями). Данные ограничения должны сформировать предпосылки для ответственного поведения вкладчиков, придерживающихся рискованной стратегии, что чрезвычайно важно в период чистки банковской системы.
Опрос населения свидетельствует, что такой вариант считают справедливым 50% вкладчиков и предпочитают его больше, чем остальные обсуждавшиеся ранее опции (к примеру, введение франшизы). Хотя, безусловно, любое ограничение вызывает возражения.
Отметим, что опрос вкладчиков, ранее получавших компенсации АСВ, говорит о том, что 43% клиентов планируют вновь выбрать «менее надежный банк, но с большими процентами по вкладу». Подобный вариант предпочитают 23% вкладчиков. Но не все они на практике поступают в соответствии с собственным заявлением.
Если же «профессиональным вкладчикам» предъявляются методы ограничения выплат Агентства, то процент желающих повторить свой рисковый опыт резко снижается – от 6% при выплате единожды в жизни до 20% при лимите выплат 3000000 рублей по всей совокупности страховых случаев. Любопытно, что «профессиональные вкладчики», в отличие от других групп, в качестве ограничения более терпимо относятся к франшизе, а не к ограничению общей суммы или числа выплат, что логично в их случае.
Что нам известно о «серийных вкладчиках»
Дискуссия, последовавшая за обнародованием обсуждаемого исследования, позволила лучше понять феномен «серийных вкладчиков». Причем «портрет» подобного вкладчика не имеет однозначного суждения.
«Профессиональные вкладчики» сосредоточены в столичных регионах: 77% - жители Москвы, Подмосковья и Питера.
Это люди относятся к среднему классу. Подобный вкладчик, как правило, не бегает из кредитной организации с одним вкладом, у него есть в распоряжении несколько миллионов рублей на депозитах, размещенных в различных банках.
Среднестатистический «серийный вкладчик» спекулянтом себя не считает. Напротив, он пытается «лишь сохранить сбережения от инфляции». Проблема в том, что сделать это, по его мнению, можно только в самых рисковых банках.
Вкладчики, безусловно, понимают, что накопления они несут в слишком рискованные финучреждения, хотя любят оправдываться тем, что «они не финансовые аналитики, чтобы выяснить, какой банк плохой», «банк имеет лицензию ЦБ, а это означает, что ему предоставлен знак качества». Каким же образом понять, что «серийные вкладчики» лукавят? Очень просто: если прямо его спросить, куда он понесет деньги, он сразу выберет опцию «не очень известный банк с самыми высокими ставками», а не «самый проверенный и известный банк».
При этом финансовой системой подобные граждане недовольны за то, что в ней «низкие ставки», «никого, кроме кредитных организаций, и иных инструментов, помимо вкладов, нет».
«Профессиональные вкладчики» тоже любят банки поизвестнее, с наиболее агрессивной рекламой. Наибольшая доля подобных вкладчиков – до 40% всех объемов вкладов – наблюдалась всего в четверке банков: «Судостроительном», «Софрино», «Огнях Москвы», БСиК.
На любые предложения трансформации ССВ они, конечно же, реагируют негативно. Допустим, при введении лимита на компенсации в сумме 3000000 рублей в течение 5 лет лишь 30% таких вкладчиков станет выбирать «известные и надежные банки», 20% собирается и дальше вкладываться в «неизвестные банки с большими процентами по депозиту», а 41% обещает хранить деньги «другим способом (в ячейке, дома)». 9% еще не определились.
Если учитывать сверхрациональное поведение таких граждан, обещание перейти на накопления в наличных, вероятнее всего, не нужно принимать серьезно. Психологическая реакция, естественно, понятна. Но лучше уж дома, нежели в банках, владельцы которых украдут деньги, а за убытки вкладчиков ответит АСВ.
«Профессиональные вкладчики» в любом случае теряют деньги
Как ни странно, но наши «профессиональные вкладчики» умудряются все равно терять средства! В среднем по 4% за каждый страховой случай.
Допустим, вкладчик-рекордсмен, который отметился в 12 финорганизациях выборки, получил лишь 86% от величины размещенных там депозитов. Почему-то у него был вклад почти на 1500000 рублей в одном из банков, лицензию которого отозвали в мае 2014-го, – и он получил лишь 700000 компенсации.
Другой вкладчик («засветился» в пяти банках) почему-то разместил в той же финорганизации почти 250 миллионов рублей, тоже получив лишь 700000 компенсации. Судя по всему, этот клиент держал деньги в банке как ИП.
В среднем (если не принимать во внимание одного наиболее крупного вкладчика) по клиентам, разместившим средства в 5 и более банках (в рассматриваемой выборке их 888 человек в 29 банках), средний уровень страховой компенсации был 96,2%. Точно 100% от размещенных денег получили только 36% клиентов, еще 32% лишились не более 2% депозита и начисленных процентов. Примерно 7% потеряли не меньше 10% от суммы депозитов.
На самом деле возможностей потерять сбережения для застрахованного вкладчика достаточно много, даже если не учитывать необъяснимо огромное доверие к банку.
Простейший способ – девальвация рубля. В 2014-ом часть депозитов из-за девальвации оказалась застрахованной лишь частично. Например, вкладчик, поместивший в конце 2013-го в банке $20000 (654000 рублей на 31.12.13 г. – вполне достаточно, дабы защитить еще и процентный доход), уже в феврале из-за увеличения курса оказался застрахован только частично. К 1.12.14 г. клиент рисковал лишиться до трети депозита, но после увеличения страховки в конце года снова стал застрахован целиком. Но если бы страховое событие произошло в период с 15.02. по 28.12.14 г., наш вкладчик понес бы существенные потери.
Некоторые, естественно, в условиях девальвации могли потерять средства из-за того, что обязательства АСВ перед вкладчиками фиксируются в рублях на дату отбора лицензии. При девальвации курс за 2 недели до старта выплат мог серьезно возрасти, и еще много денег можно было лишиться из-за обменных курсов в это время, если бы вкладчик решил приобрести валюту на полученные от АСВ деньги.
Часть вкладчиков в результате теряет какую-то долю начисленных процентов, потому что или неправильно предусмотрела его величину (допустим, не учтя потенциальную пролонгацию депозита), или даже просто забыла о нем, к примеру, разместив на депозит ровно 700000 рублей.
«Серийные вкладчики» несут серьезные скрытые потери
А ведь существуют и скрытые потери. Допустим, клиент дважды в год кряду вкладывался в сомнительные финорганизации. Предположим, на получение страховки и размещение нового депозита каждый раз нужна была неделя и еще дважды пришлось по 14 дней дожидаться начала выплат Агентства. То есть вкладчик в течение года мог в течение пяти-шести недель из 52 не получать проценты. Это значит, что для такого клиента ставка размещения в рискованной кредитной организации на уровне 20% на практике эквивалентна ставке в размере 17,7% в устойчивом банке.
Дополнительные потери будут, если в условиях спада процентных ставок поместить дорогой долгосрочный депозит в рисковой финорганизации, у которой вскоре отберут лицензию. Вряд ли после получения страховки удастся отыскать сопоставимо высокие проценты на рынке.
Так или иначе, вкладчики упомянутой выборки в среднем теряли около 4 пунктов на каждом страховом событии. Поэтому в действительности не факт, что рискованные действия «серийных вкладчиков» окупают себя полностью.
Метания на банковском рынке редко приносят удачу. Например, вкладчики, бравшие евро и доллары в декабре 2014-го (особенно с учетом спрэдов банков), уже несут потери от укрепления нацвалюты. То же относится и к попытке максимизации дохода путем сотрудничества с банками, задирающими проценты накануне прекращения работы.
Поэтому ограничения на рисковое поведение могут стать выгодны самим «серийным вкладчикам».